Бронницкие НОВОСТИ

В территориальные подразделения нашей милиции и ФСБ поступает все больше звонков от наших безответственных или не в меру мстительных согражданс заведомо ложными сообщениями о заложенных бомбах.Только за первые шесть месяцев нынешнего года различные учебные заведения, госучреждения и частные предприятия, расположенные в Москве и Подмосковье, таким образом «минировали» аж 300 раз!

К примеру, не так давно учебный процесс в столичном госуниверситете управления (ГУУ), расположенном близ метро Выхино, был фактически парализован на целый месяц. С интервалами в один-два дня неизвестный «шутник» звонил по телефону 02 и сообщал, что на территории этого вуза заложено взрывное устройство. Поясню, что каждый такой звонок в милиции воспринимают как особо тревожный. Хорошо, если это всего лишь неудачная шутка, но ведь никто не может исключать и того, что в самом деле готовится теракт. Тем более это крупный вуз, где учатся свыше 10000 человек, а рядом крупные транспортные развязки. Через территорию вуза тысячи людей ежедневно переходят от остановок транспорта на Рязанский проспект. Потому при каждом сообщении о заложенной бомбе правоохранительным органам, чтобы перестраховаться, приходилось экстренно эвакуировать всех студентов, перекрывать сквозной проход на Рязанку и вызывать на место возможного теракта оперативные службы.

Установить личность звонившего не удавалось. Руководство же университета, преподаватели и разместившиеся здесь арендаторы всякий раз после вынужденной эвакуации выражали недовольство произошедшим и требовали компенсировать убытки, связанные с простоем учебного и торгового процесса. После десятого такого сообщения столичное ГУВД обратилось за помощью в Управление ФСБ по Москве и МО.

— По каждому заведомо ложному сообщению было заведено уголовное дело, — рассказал сотрудник УФСБ Сергей Ростовский. — Злоумышленника мы нашли не сразу. Дело в том, что звонки были короткими и малоинформативными. Поступали они с неопределяющихся номеров или с телефонов, зарегистрированных на подставных лиц. Но современное оборудование, многочисленные экспертизы и поступающая к нам оперативная информация позволили точно установить и доказать, что все десять раз звонил один и тот же человек. Им был 21летний житель Подмосковья, студент ГУУ Давид Авакян. Учеба ему давалась тяжело, отношения с ректором, проректором и преподавателями не складывались. Таким способом он решил им мстить.

Примечательно, что отец и мать Авакяна были в курсе того, что их сын таким образом срывал занятия несимпатичных ему преподавателей, но остановить его они не смогли. Вместо этого, понимая, что парня ищут, они прятали его у многочисленных родственников в Москве и в Подмосковье. Дома он появлялся редко и только поздними ночами. При задержании Авакян, долгое время занимавшийся грекоримской борьбой, оказал сопротивление. Чтобы утихомирить телефонного террориста, сотрудникам правоохранительных органов даже пришлось припугнуть его табельным оружием. Вины он долгое время не признавал, со следствием не сотрудничал.

Выяснилось, что способам противодействия следствию и затягивания судебного процесса задержанного учили сами бывшие сотрудники правоохранительных органов. Они консультировали его, надо полагать, за деньги отца — обеспеченного предпринимателя. Заметим, что Авакянстарший вел себя не лучше сына: был так же вспыльчив и агрессивен, за закрытие уголовного дела открыто предлагал деньги оперативникам, а при отказе обещал им «проблемы» вплоть до увольнения из органов. Тем не менее дело дошло до суда, и приговор следователи считают справедливым — два года условного срока.

— В данном случае важна не столько условность срока, сколько последствия, — считает С.Ростовский. — Уголовное преступление и судимость накладывают существенный отпечаток и ограничения на жизнь неудачливого и мстительного «шутника». Даже если он и окончит такой престижный вуз, как ГУУ, то не сможет работать на госслужбе, тем более на руководящих должностях. И при этом всегда будет в поле зрения правоохранительных органов. С преступником, проходившим по уголовному делу, немногие захотят иметь какиелибо отношения. Вот так легко — всего лишь взяв трубку и сказав несколько слов, можно перечеркнуть всю карьеру и дальнейшую жизнь.

Заметим, что телефоном нередко балуются и вполне зрелые, казалось бы, разумные люди. Одна очень ревнивая женщина, заподозрив, что ее муж развлекается с любовницей в жилом доме напротив, решила отомстить неверному супругу очень «оригинальным» образом: набрала телефон доверия ФСБ и сообщила, что дом напротив заминирован. Спецслужбы выявили телефонную террористку и привлекли ее к ответственности. Настолько строгой, что наказывать таким способом своего гулящего мужа теперь ей вряд ли захочется. Женщинато оказалась судимой и получила не условный, а вполне реальный срок — год колонии общего режима. В УК РФ для телефонных террористов предусмотрена специальная статья — 207я, которая так и трактуется: «Заведомо ложное сообщение об акте терроризма». Максимальное наказание по ней составляет три года лишения свободы.

Отправиться в места не столь отдаленные ныне рискуют многие, потому что звонок в милицию с сообщением о заложенной бомбе, судя по оперативным сводкам, уже стал своего рода народной забавой. Дети и подростки срывают этим способом уроки, брошенные невесты и женихи экстренной эвакуацией портят свадьбы своим обидчикам, нездоровые бабушкидедушки надеются столь внезапным визитом оперативников приструнить соседей, которые громко включают музыку, а малоопытные мошенники рассчитывают банально заработать, вымогая деньги за информацию о месте закладки взрывчатки.

Обходится все это очень дорого. По статистике ФСБ, в Москве и МО только с начала нынешнего года было сделано около 300 ложных вызовов о якобы заложенной бомбе. Даже если считать ущерб по минимуму (один случай — 45 тысяч рублей), то получится, что на таких «шутках» государство потеряло 13,5 миллиона рублей. И это только минимум Московского региона. Гораздо большие убытки терпят коммерческие предприятия, «приговоренные» террористами. Не говоря уже о том, что в момент, пока оперативные службы едут обезвреживать бомбу, которой на самом деле не существует, они могут потребоваться там, где есть реальная угроза терроризма, другого преступления или чрезвычайного происшествия.

— Никто не отменял элементарной бдительности, — отмечает Сергей Ростовский. — Если гдето вы увидели подозрительную бесхозную сумку или странно ведущих себя людей, то позвонить в милицию или на телефон доверия ФСБ можно и нужно. Но если вы хотите так «пошутить» или когото проучить, то будьте готовы к уголовной ответственности.

В связи с угрозой терроризма ни один звонок о заложенной бомбе не остается без внимания. На место возможного происшествия выезжают милиция и спецслужбы, кинологи с собаками, саперы и взрывотехники ФСБ, специалисты МЧС, скорая помощь и другие службы. Материальный ущерб государства от ложного вызова этих специалистов составляет как минимум 45 тысяч рублей. Но это в случае, если телефонные террористы «минируют» школу или магазин, находящийся гденибудь на отшибе, вдалеке от жилых домов. Если же мишенью телефонных злоумышленников становятся вокзалы, аэропорты, станции метро, крупные торговоразвлекательные комплексы, жилые дома и другие места массового скопления людей, то эвакуировать придется тысячи человек, убытки могут составлять миллионы рублей.

В настоящее время ФСБ, учитывая массовость явления, добивается того, чтобы перед судом предстали все, кто заведомо ложно сообщает об акте терроризма. Даже если это психически нездоровые люди или несовершеннолетние. По убеждению сотрудников ведомства, в случае, если человек болен, он должен быть направлен судом на принудительное лечение, если же преступление совершил несовершеннолетний, то убытки государству и коммерческим структурам должны компенсировать родители. А сам юный нарушитель должен быть поставлен на учет в милицию.

В.ЦВЕТКОВ