ОН ПОГИБ ПОДО РЖЕВОМ
0
1592

“Я убит подо Ржевом, в безымянном болоте, в пятой роте, на левом, при жестоком налете…”, – многие слышали эти строки А.Твардовского – посмертный монолог воина, павшего в самой долгой и жестокой за всю Великую Отечественную битве. Уроженец Бронницкого района Дмитрий ЖУКОВ – один из тысяч рядовых, необученных красноармейцев, погибших зимой 1942го на том участке Калининского фронта, который сами солдаты называли “прорвой”… Память об отце до сих пор хранит дочь Галина Дмитриевна. Она, родившаяся за год до его гибели, поделилась с корреспондентом “БН” всем, что слышала от своей матери, родных, односельчан о довоенном этапе биографии этого простого, доброго и далекого от войны человека.

Будущий участник Ржевского побоища родился в 1911-м в д.Владимировка, в многодетной крестьянской семье. У Мити, самого младшего, было четверо братьев и три сестры. Сначала он закончил начальную школу в Татаринцево, затем – семилетку в Старниково. Когда вырос, стал учиться на портного, но его деятельная натура не приняла этого занятия. Он включился в борьбу за новую жизнь, вступил в комсомол.

В начале 30-х парень стал активным участником коллективизации на селе, трудился в организованном в его родной деревне колхозе “Свободный пахарь”, был избран его председателем и работал на этой ответственной должности, пока не ушел в действующую армию. Забегая в будущее, скажем, что именно это хозяйство после укрупнения было реорганизовано в колхоз “Труженик”, а еще позднее – в хорошо известный всем нам – “Борец”…

О том, как трудно было руководить в то суровое время хозяйством и как простой с виду Дмитрий Михеевич умел правильно организовывать людей, сплачивать их, наделять своим природным оптимизмом и жизнелюбием, Галине Дмитриевне рассказал известный в Бронницах ветеран, бывший директор школы №2 А.Я.Соколов. Он учился вместе с председателем из Владимировки на курсах повышения образования руководящего состава, а после сам нередко приезжал к нему в гости. Многие местные старожилы помнили о том, какой был в этом колхозе большой и плодоносный сад, который высаживали все сельчане вместе с председателем. Славилась деревня и своей пасекой с целебным медом, ухоженными полями и огородами. А знатного владимировского садовода М.Кириллова без преувеличения в те годы знал весь Бронницкий район.

Пожилые сельчане посвойски называли молодого председателя Митей и запросто могли поговорить с ним прямо на улице обо всем, что их заботило. И, чтобы суметь помочь каждому словом и делом, Дмитрий Михеевич постоянно занимался самообразованием, много читал, старался быть в курсе событий, происходящих в стране и за рубежом. А еще по воспоминаниям матери моей собеседницы – Евдокии Григорьевны, он очень любил хорошую музыку, советские песни тех лет, сам отлично играл на гармони и пел. Многие годы после войны Жуковы хранили старый отцовский патефон и целую стопу пластинок вместе с особенно любимым им романсом “Утро туманное, утро седое”. Этот старинный снимок, где запечатлены супруги Жуковы, как раз из той далекой предвоенной поры…

– Для жителей Владимировки, как и для всей страны, война стала огромной бедой, – рассказывает Галина Дмитриевна. – Несмотря на то, что отец имел бронь, он не раз обращался в военкомат с заявлением о том, чтобы его отправили на фронт. Папу призвали в июле 1942го. Как мне рассказывала мама, своего 30летнего председателя односельчане провожали на войну всей деревней. Отец, лучший в округе гармонист, в последний раз взял в руки “трехрядку” и играл провожающим землякам любимые песни…

Он считал себя счастливым человеком и говорил, что судьба подарила ему замечательную жену, двух сыновей и дочку. Прощаясь, сказал маме: “Дуня! Я обязательно вернусь к вам. Такие счастливые, как я, не умирают…” А она, когда расставались, долго смотрела вслед уходящему мужу… Словно предчувствовала: он уходит навсегда…

Рядовой Жуков попал в 3ю объединенную мехбригаду на Калининский фронт. Затяжные бои на Ржевском направлении уже тогда называли “мясорубкой”: наши потери там были огромными. “Фронт горел, не стихая, как на теле рубец…”, и каждый день похоронные команды собирали на линии огня сотни убитых солдат. Большинство из них бросали на передовую неподготовленными, и шансы выжить были ничтожными. Как и многие добровольцы,

Дмитрий Михеевич не имел никакого фронтового опыта, даже навыков поведения в бою. Но несмотря на это, вчерашний колхозный председатель воевал достойно. Дочь хранит истершуюся за почти семь прошедших десятилетий справку, выданную матери, уже после похоронки на мужа, в марте 1943-го. В ней указано, что “красноармеец Жуков Д.М. за проявленные доблесть и мужество награжден медалью “За отвагу” (посмертно)”. Даже счастливый по жизни человек вряд ли мог уцелеть там, где погибали целыми батальонами…

Судя по всему, рядовой Жуков стал участником второй РжевскоСычевской операции, называемой в военных энциклопедиях операцией “Марс”. В ней участвовали части Калининского и Западного фронтов под руководством знаменитого однофамильца нашего земляка, тогда генерала армии Г.К.Жукова. За 3 недели наступательных боев, как свидетельствуют военные архивы, советские войска потеряли около 100 тысяч солдат убитыми и пропавшими без вести, 235 тысяч ранеными…

Как именно погиб Дмитрий Михеевич, теперь уже вряд ли ктото расскажет. Среди множества изувеченных тел на поле боя его опознали по солдатскому медальону… Возможно, последним мгновениям жизни такого же, как он, бойца и посвящен знаменитый монолог убитого подо Ржевом: “Я не слышал разрыва и не видел той вспышки, – точно в пропасть с обрыва – и ни дна, ни покрышки. И во всем этом мире до конца его дней – ни петлички, ни лычки с гимнастерки моей…”

Есть у дочери только копия извещения о смерти отца за №22, выданное вдове Бронницким райвоенкоматом в январе 1945го. Вот строки из него: “Ваш муж, красноармеец Жуков Д.М., уроженец д.Владимировка в боях за Родину, верный воинской присяге, проявив героизм и мужество, погиб 3 декабря 1942 г…” Погребен убитый, как указано в этом документе, в братской могиле на опушке леса, которая находится в 400х м севернее д.Кривуши Оленинского рна Калининской области. Похоронка стала тяжелейшим ударом для Евдокии Григорьевны, сохранившей верность павшему мужу до конца дней.

Всю оставшуюся жизнь ей пришлось трудиться за двоих, чтобы дети выросли, не чувствуя себя обделенными. В 1953-м семья переехала в Бронницы. И, как считает моя собеседница, мать сумела достойно воспитать потомство. Братья Владимир и Валентин выросли трудолюбивыми, честными, отзывчивыми людьми. Ныне их уже нет на этом свете, но те, кто знал сыновей председателя, вспоминают обоих только добрыми словами…

А сама Галина Дмитриевна Жукова (по мужу Шепелева) ныне – пенсионерка, посвятила всю свою жизнь учительскому труду и свыше 40 лет отработала в школах. Причем, большую половину – в бронницких. У нее, преподавателя химии и биологии, а в дальнейшем – завуча городской вечерней школы, не только солидный педагогический стаж, но и сотни учениковбронничан, ставших известными, уважаемыми людьми. А еще солдатская дочь через всю свою жизнь пронесла память о своем убитом подо Ржевом отце и о матери, не сломленной испытаниями, выполнившей свой родительский долг.

Наверное, не только к однополчанам, но и к таким людям, как она, был обращен посмертный наказ павшего в бою солдата, переданный в стихотворной строке: “Завещаю в той жизни вам счастливыми быть и родимой Отчизне с честью дальше служить. Горевать – горделиво, не клонясь головой. Ликовать – не хвастливо в час Победы самой. И беречь ее свято, братья, – счастье свое, – в память воинабрата, что погиб за нее.”

Валерий ДЕМИН

Назад
Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий