Бронницкие НОВОСТИ

В основу этой работы лёг некролог, изданный в ноябре 1878 года типографией Т. Малинского. Его нашла среди документов Российской государственной библиотеки сотрудник РИХМ Елена Сергеевна Сорокина. Этот некролог представляет собой примечательный исторический документ, в котором описывается жизнь С.А.Талызина.

Начну с того, что Степан Александрович родился 17-го июля 1825 года в Москве, и в детстве жил летом в родовом имении Денежниково, а зимой в столице. Кстати, дом, в котором жили Талызины, частично сохранился. Адрес этого дома в 19 веке было принято указывать так: «Александру Степановичу Талызину в Москве в собственном доме против Кремлевского сада». Именно по этому адресу велит пересылать своему управляющему деньги и письма Любовь Николаевна Леоньтева.

Здание было перестроено в 1904 г. архитектором С.Б. Залесским, в таком виде сохранилось до наших дней и является объектом культурного наследия. В сопроводительной статье читаем: «Ещё можно видеть детали старого двухэтажного особняка, который оказался встроенным в новое здание. Классический ампирный особняк был построен тут в 1824 г., когда владения старого Аптекарского огорода Ивана Грозного, в XVIII в. принадлежавшие Кремлевскому ведомству, распродали в частные руки. Его выстроил гвардии ротмистр Александр Степанович Талызин — внук капитана Александра Федоровича Талызина, одолжившего свой Семеновский мундир императрице Екатерине в день переворота 1762 г. Александр Степанович был женат на внучке А.В. Суворова, графине Ольге Николаевне Зубовой».

Получив домашнее образование, Степан Александрович готовился к вступлению в университет и даже сдал вступительный экзамен, но затем предпочёл перейти на военное поприще. В 18 лет он вступил в Лейб-Гвардии Преображенский полк, выдержав экзамен в «Школе гвардейских прапорщиков». Обучение там длилось 2 года.

Быстро продвигаясь в чинах, через 4 года службы он был назначен батальонным адъютантом, и в этом звании в 1849 году участвовал в Венгерской компании. Затем во время Крымской войны он был полковым адъютантом, а в 1855 году находился в составе войск, охраняющих Балтийское побережье, вскоре был назначен старшим адъютантом в штабе гвардейского и гренадёрского корпусов. Начальство ценило в молодом Талызине административные способности: распорядительность, трудолюбие, точность.

Однако в 1858 г. Талызин, тяготясь исключительно штабными занятиями, просит перевод на Кавказ, в Кабардинский полк, куда его переводят со званием подполковника. К этому периоду и относится известный портрет, входящий в экспозицию Раменского историко-художественного музея, на котором С.А. Талызин изображён в мундире. Однако, по иронии судьбы, этот портрет сделан как раз в конце его военной карьеры.

Дело в том, что умирает Александр Степанович Талызин, и Степан Александрович должен принять дела по имению. Талызин оставляет службу. Его переводят в надворные советники — чин, соответствующий званию подполковника, — и следующие 10 лет Степан Александрович проводит в Бронницком уезде. Он не только ведёт хозяйство, но и занимается общественной деятельностью. По выборам дворянства он служит Бронницким уездным предводителем, по выборам московского городского сословия потомственных дворян — гласным в думе.

Автор некролога упоминает, что Степан Александрович горячо относился к «чисто народным интересам» и ещё с 1859-го года — то есть вскоре после своего приезда в Денежниково — участвовал в трудах местного комитета по улучшению быта крестьян. Разработки комитета впоследствии вошли в уставные грамоты, фиксирующие условия освобождения крестьян и размер повинности, которые они должны были отработать у помещика. Для регулирования земельных отношений между помещиками и крестьянами были назначены мировые посредники, и Талызин стал мировым посредником Бронницкого уезда. Помимо этого, Степан Александрович входил в комитет по предупреждению развития холеры в Москве. Как видим, его жизнь в Денежниково без преувеличений была полна служению на благо общества.

Но ведь он был живым человеком. Что представлял собой его досуг? Чем он увлекался? Автор некролога даёт нам ответ на этот вопрос. Он пишет, что Талызину не была чужда «одна, но благородная страсть» — страсть к лошадям, и упоминает, что Степан Александрович считался одним из самых блестящих спортсменов столицы. Но вот прошло 10 лет. Александру Степановичу 43. Полковой товарищ уговаривает его переселиться на Кавказ, где он мог снова посвятить себя государственной службе, и Талызин приезжает в Тифлис.

По словам автора некролога, «С этого времени начинается новый и уже последний, собственно кавказский период в жизни Степана Александровича, протёкший, так сказать, на наших глазах».

Эти слова позволяют предположить, что автор (а в некрологе он нигде не указан, и его имя остаётся для нас тайной) — житель Тифлиса. Причём, скорее всего, он действительно был хорошо знаком с Степаном Александровичем, и его сведениям о жизненном пути, а также о характере этого человека можно верить.

Так, почти целую страницу он описывает личные качества Талызина. «Как человек с твёрдым характером, Талызин и в Тифлисе оставался тем же, каким был в петербургский и московский периоды, с тою разницей, что все наилучшие, наиболее симпатичные стороны его личности значительно окрепли, тогда как иные увлечения уже улеглись ли заменились опытностью, ровностью и редким житейским тактом. Степан Александрович окончательно выработал в себе всем нам известныя качества: чувство личного достоинства и вместе — редкую скромность, сердечную теплоту, благородство убеждений, гуманность, щедрость, благожелательство, редкую устойчивость и аккуратность в труде, самообладание и самую искреннюю любовь ко всему высокому и прекрасному, в соединении с тем идеализмом или оптимизмом, который постоянно мешал ему быть вполне практическим человеком — в тесном значении этого слова».

Вообще весь этот документ необычен именно своим тоном. Это не просто биографический очерк, в нём звучит искреннее и неподдельное уважение и симпатия к Талызину, подлинная скорбь о его гибели. На момент написания документа эта скорбь была очень свежа; в таком состоянии человеку сложно подбирать слова, тем не менее, автор выстраивает изящные и информативные предложения, не ограничиваясь общими характеристиками. Всё направлено на то, чтобы мы, читатели, могли ощутить Степана Александровича как человека знакомого, близкого, могли оценить глубину потери…

Остановимся немного подробнее на некрологе как общественном явлении. Некролог как жанр газетной публицистики зародился с момента появления первого периодического издания – петровских «Ведомостей» – в начале XVIII века. По быстро сложившемуся обычаю они основывались на традиции надгробного слова и писались по принципу латинской пословицы «De mortuis aut bene, aut nihil» («О мертвых либо хорошо, либо ничего»), то есть подчеркивались положительные стороны и достоинства умершего и умалчивалось о его недостатках или каких-то неблаговидных фактах.

Чем важен некролог с исторической точки зрения? Он фиксирует в сознании современников и последующих поколений определенный образ ушедшего из жизни, становится мемориальным инструментом, способом своеобразной канонизации. В некрологах подчёркиваются общественно-государственные заслуги, происходит попытка реконструкции характера персонажа, что имеет большое значение для формирования посмертного образа героя. При этом, акцент идёт именно на социально значимые черты личности.

Возвращаясь к данному некрологу, можно увидеть, что автор неоднократно подчёркивает преданность Степана Александровича тому, что он считал своим долгом, а именно — служение Отечеству. Ему хотелось жить в Москве и учиться в университете — однако он становится военным, и служит при разных штабах, причём начальство отмечает его ответственный и аккуратный подход. Он стремится испытать себя на Кавказе — но вместо этого долг зовёт его в Денежниково, и он едет туда. Но и там не сосредотачивается только на делах имения, а продолжает служить обществу.

Автор некролога пишет, что Талызин «соединял в своей личности наилучшие черты наших старых дворянских родов». Таким образом портрет, который он рисует, становится чем-то большим — портретом по-настоящему благородного человека в современной трактовке этого слова.

Но вернёмся к событиям 1868 года. Степан Александрович наконец прибывает в Тифлис, на 10 лет позже, чем собирался. Он становится чиновником особых поручений при Кавказском наместнике, а уже через 3 месяца сверх того определен секретарём Великой Княгини Ольги Феодоровны. Из некролога мы узнаём, что в 1871 году к обязанностям по секретариату присоединилась еще одна новая, отвечавшая его старинной склонности: он был определён корреспондентом главного управления государственного коннозаводства по Кавказскому и Закавказскому краю, а затем назначен заведующим учрежденным на Кавказе коннозаводским округом. Таким образом, его страсть к лошадям также находит свою реализацию, но уже в более зрелой форме — в разумном понимании этой важной отрасли государственного хозяйства, обуславливаемой политико-экономическими соображениями.

Вся деятельность Степана Александровича распадается на две части: собственно-служебную и общественную, которые, находясь в гармоничном соединении, поглощали всё его время, тем более, что он не был женат и мог всецело посвящать себя делу. Он был постоянным членом в девяти местных ученых, филантропических или артистических обществах, при этом председателем четырёх из них, а также был членом-учредителем и председателем Кавказского Музыкального Общества, для которого сделал пожертвований более чем на 7 тысяч руб. Раз избранный председателем, он уже оставался в этом звании при всех последующих выборах, так как было трудно найти более заботливого и деятельного председателя.

Можете себе представить, как много времени всё это занимало? В некрологе приводится распорядок дня Степана Александровича: ежедневно, уже в 8-м часу утра, его можно было застать за письменным столом, из-за которого он не вставал часов до 12-ти; затем шли приемы, доклады, служебные заседания; затем визиты или прогулки до обеда, около 5-ти часов. По вечерам — заседания в обществах, собраниях, длившиеся нередко за полночь. У него была записная книжка и стенной календарь, в котором были записаны дела на неделю, а то и на две вперёд.

В итоге именно эта преданность делам, именно стремление всё успеть, ответственность и чувство долга привели Степана Александровича к гибели. Во время служебной поездки его экипаж перевернулся, переправляясь через горную реку. Он выбрался на берег, но весь промок, промокли также его вещи, только к вечеру ему удалось обсушиться и отдохнуть. Талызин уже тогда чувствовал себя нехорошо, но решил продолжить свой путь.Три дня он занимался делами на конном заводе, и только окончив все дела, пустился в обратный путь.

Он приехал в Тифлис через 9 дней после того, как подхватил простуду, и сразу направился к брату, Петру Александровичу. Тот ужаснулся при виде его состояния и услышал: «Я приехал к тебе умирать». Так и случилось — несмотря на усилия врачей, запущенная болезнь оказалась смертельной…

Содержательный некролог, написанный в 1878 году, доносит до нас, жителей ХХI века, рассказ о Степане Александровиче Талызине, как о человеке, достойном того, чтобы его знали и помнили.