ВЕЧНО УБЕГАЮЩАЯ ДАЛЬ
76

Не только в памятниках и в давно минувших столетиях сокрыты драгоценные россыпи ярких человеческих судеб. Немало интересных, замечательных людей живет и трудится в нашем городе и сегодня. Мы встречаемся с ними ежедневно – на улицах, в магазинах, в автобусах. Их лица не выделяются в обычной людской толпе, но живут эти люди такой яркой и насыщенной жизнью, что зависть берет – и откуда они на все время находят? О них и будем мы теперь рассказывать в зарисовках и очерках под новой рубрикой «Знакомые лица». Первый рассказ о Николае Константиновиче ЛАВРЕНЧЕНКО.

«Не смерть, а жизнь есть испытание мужества» сказал один известный поэт. Судьба человека, о котором мы хотим рассказать, — наглядное тому подтверждение. Он прошел путь от солдата Великой Отечественной до полковника крупного военного НИИ, от студента-заочника до известного ученого, создателя оригинальной трансмиссии, вошедшей в учебные пособия, как «передача Лавренченко», руководителя филиала МАДИ. Многие бронничане знают его как книголюба и эрудита, самостоятельно освоившего несколько иностранных языков, возродившего свою родословную от прапрадеда, собравшего огромную по провинциальным меркам библиотеку. Кому-то из земляков он известен, как неутомимый путешественник, прошедший по туристским тропам страну от края до края, проплывший на плоту собственной конструкции по многим российским рекам. Домашние хвалят его как умелого мастера, сумевшего обустроить на свой манер и квартиру, и дачу.

А еще Николай Константинович вот уже не одно десятилетие ведет дневники-альбомы, где подробно записывает личные впечатления о прожитом и пережитом. Когда за плечами 80-лет, воспоминания значат много. Они как бы «подпитывают» человека энергией, становятся продолжением жизни. И в эти новогодние вечера, завершив череду дневных дел, ветеран, садится под мягкий свет торшера и, не торопясь, перелистывает аккуратно заполненные страницы, подолгу вглядывается в пожелтевшие от времени фотоснимки. И снова оживают в нестареющей памяти далекие годы детства и молодости, тихие улочки маленькой станицы под Темрюком, дорогие сердцу лица близких, друзей, соратников…

Вся его судьба с младенчества до седых волос была связана с убегающей вдаль лентой дороги, с бесконечными километрами проселков и магистралей. Переселяясь в 1924 году на Кубань, родители везли годовалого Колю, родившегося в маленьком портовом городке Скадовске, через Керченский пролив на старой рыбачьей лодке. Пронесли его на руках по всему Крыму. Транспорта тогда не было, всюду царили разруха и голод. Гражданская война еще не успела стать историей: где-то по ночам, как и прежде, гремели выстрелы. Через непримиримую вражду и кровь в казачьих станицах утверждалась советская власть. Люди жили бедно и трудно, а дети взрослели рано.

Уже тогда сына-первенца в большой семье моряка-краснофлотца и украинской дивчины, навсегда осевших на благодатной кубанской земле, повела из родной станицы вдаль, по протоптанным тропкам неистребимая жажда знаний. В разбросанных по округе сельских школах, было по два-три класса. И пытливому, любознательному мальчишке пришлось «собирать» среднее образование по частям, добавляя к школьным урокам, десятки изученных самостоятельно пособий и прочитанных книг из всех окрестных библиотек. Как и его сверстники, он рассчитывал продолжить учебу дальше. Тем более, что полученный в июне 1941 года школьный аттестат с отличием давал право поступления без вступительных экзаменов в любой вуз страны. Но Николай, избравший своим идеалом Павку Корчагина, тогда еще не знал, что свое право свободно жить и учиться, ему тоже придется защищать с оружием в руках.

Пережившие войну, по разному вспоминают о ней. Лавренченко считает, что именно в пору лихолетья он понял, как важно в жизни не пасовать в отчаянных ситуациях, все время идти вперед и добиваться намеченного, твердо верить в конечное торжество добра. Не раздумывая, записался добровольцем на фронт. Курсантом пехотного училища попал в пекло боев. Само нахождение под Сталинградом в то время было подвигом. Ему навсегда врезались в память сплошное огненное зарево над степью, непрерывный рев «юнкерсов» и разбитые в щепки воинские вагоны-«теплушки»… Батарея полковых минометов окопалась в открытом поле и, казалось, попала в кромешный ад. Все время хотелось с головой зарыться в траншею, чтобы не слышать воя падающих авиабомб, оглушающих взрывов, грохота артиллерийской канонады. Но уже тогда новобранца обязали не только самого быть смелым, но и учить этому других. Незадолго до боевого крещения Николай получил первое воинское звание «помполитрука» — четыре «треугольничка» на петлицы и нашивку-звезду на рукав. Носил ее с гордостью, хотя знал: с таким «комиссарским» знаком фашисты в плен не брали, расстреливали на месте.

Судьба сохранила его от этой страшной участи. Хотя тяжелого ранения и госпиталя избежать не удалось… Один осколок глубоко «пропахал» по ноге, другой, поменьше, угодил в затылок. Но нет худа без добра: полученные раны спасли молодого бойца от неминуемой гибели. Ведь шансов выжить в той кровавой мясорубке у молодых необстрелянных курсантов было мало. Все прибывающие под Сталинград формирования бросались в бой прямо с колес, без всякой подготовки. И потому несли огромные потери. Хотя именно стойкость и мужество воинов сибирской бригады, в составе которой воевал помполитрука и командир отделения Лавренченко, вкупе с другими частями фронта, позволили оттянуть от города-героя отборные дивизии вермахта. А потом надежно заперев их «в котле», разгромить отборную 300-тысячную группировку Паулюса…

Годы спустя, перечитав об этой крупнейшей военной операции XX века множество мемуаров и воспоминаний, он всякий раз убеждался в главном. Степная твердыня выстояла и окончательно переломила ход войны благодаря сотням тысяч солдатских жизней, положенных на алтарь Великой Победы. И надевая по праздникам свои боевые ордена и медали, он всегда вспоминал погибших товарищей. И жить после войны стремился так, чтобы ни чем не запятнать их памяти….

Реальная человеческая судьба всегда интереснее и необычнее любого вымысла. Чтобы лишний раз убедиться в этом, достаточно послушать часок-другой Николая Константиновича, узнать о перипетиях его удивительной, насыщенной событиями, жизни…Резких поворотов и перемен, горестей и радостей, встреч и разлук в ней, наверняка, хватило бы на несколько биографий. Он всегда торопился жить. В судьбе фронтовика нашлось место для ратных свершений и самоотверженного труда, для неустанной учебы и научных открытий, для женской любви и семейного благополучия, обучения молодых и заботе о ближних…

Лавренченко — хороший рассказчик, сам обладает даром литератора. Слушаешь его и будто наяву видишь полустанок далекой военной поры, воинский эшелон и молоденького солдата, который прощается со своей невестой… А потом словно сидишь рядом с рассказчиком на его свадьбе, которую отмечали скромно — с чугунком картошки и бутылкой самогона… Или, пройдя сквозь военное лихолетье вместе с ним, встречаешься с постаревшими после тягот оккупации, но тогда еще живыми родителями…

Новая, стремительная жизнь началась после Победы у бывшего фронтовика. Он как бы пытался догнать ушедшее довоенное время, наверстать упущенное. Не увольняясь с военной службы, начинает учебу в МГУ и продолжает ее в Ленинградской военной академии. Затем отличный диплом и плодотворный научный дебют — необычайно быстрая и успешная подготовка кандидатской диссертации. В ней — разработка оригинальной модели электромеханической трансмиссии для гусеничного тягача. Передача Лавренченко стала новым направлением в развитии советской автомобильной техники. Забегая вперед, скажем, что свою перспективную тему молодой ученый вел многие годы. Она вполне могла стать основой для его докторской диссертации. Но Николай выбрал другое, более нужное людям дело…

«Человек может добиться всего, нужно только постоянное волевое усилие» — эти слова великого русского писателя стала девизом Лавренченко в мирной жизни. Где бы он ни работал, всегда стремился достичь результатов. В 1962 году с возвращением в 21 НИИИ начался, пожалуй, самый деятельный период в его биографии. В Бронницах он продолжает военную службу, и проходит путь от рядового сотрудника до помощника начальника института, руководителя научного отдела. И, как всегда, активно участвует во многих разработках, вносит свою лепту в развитие военной техники. Отдельная страница его деятельности — работа по утверждению и развитию в нашем городе филиала Московского автомобильно-дорожного института. Он возродил, организовал и возглавил это учебное заведение, судьбоносное для сотен молодых бронничан, ставших автодорожниками, и трудился здесь до последнего времени. Но работа — это только часть его жизни. Чтобы рассказать обо всех его делах и увлечениях, в нашей газете просто не хватит места…

Далеко не каждый в 80 лет, большая половина которых — военная служба, остается таким же деятельным, энергичным, как Николай Константинович. Прожитые в испытаниях и трудностях десятилетия, горькие потери близких людей не сломали ветерана. Как и прежде, он — великий труженик, заботливый отец, муж и брат, сторонник полезного время провождения и активного отдыха. Все также настойчиво изучает иностранные языки, мастерит по дому и аккуратно ведет свои толстые дневники. И, кто знает: может быть, его проверенные жизненным опытом наблюдения, когда-нибудь воплотятся в достоверную и правдивую книгу. О вечно убегающей дали познания и честно прожитой жизни, о ратных и мирных буднях, об ушедших учителях и друзьях-товарищах, которые словно живые, смотрят на него со старых альбомов…

Валерий ДЕМИН


 

Назад