СЫН КРАСНОГО МАРШАЛА
51
Дошли бы гитлеровские войска до Москвы, если бы не было массовых довоенных политических репрессий в Красной Армии и уничтожения тысяч лучших командиров? Об этом до сих пор спорят историки... На 2017 г. приходится скорбная дата в нашем календаре – 80 лет с начала самой мрачной двухлетки в истории СССР, которая получила название периода Большого Террора. Именно тогда вместе с другими жертвами преступного режима под безжалостный каток армейских «чисток» попал известный советский военачальник, маршал Советского Союза В.К.Блюхер и его родные. Тяжелые испытания выпали и на долю одного из сыновей знаменитого полководца – Василия Васильевича БЛЮХЕРА. 10-летний мальчишка разом лишился отца и матери, был отправлен в специнтернат для детей «врагов народа»,а после – в один из детских домов Пензенской области. Он перенес в юные годы немало унижений и лишений, но в дальнейшем вопреки всему стал большим ученым, педагогом и руководителем. О том, каким был Блюхер-сын в школьном возрасте, вспоминает жительница нашего города, активистка Совета ветеранов г.Бронницы Лариса Павловна ЗУБАРЬКОВА. Ей во время Великой Отечественной войны довелось некоторое время учиться вместе с Василием в одной школе г.Беднодемьяновска (ныне г.Спасск). Публикуем воспоминания пенсионерки в нашей редакционной обработке.
В будущем году Василию Васильевичу Блюхеру – сыну репрессированного в 1938 г. советского маршала исполнилось бы 90 лет. В современной России его имя, как и имя знаменитого отца, известно многим интересующимся историей и отечественной наукой россиянам. А информацию о достижениях, научных трудах и иных заслугах этого незаурядного человека, крупного специалиста и ученого-орденоносца можно найти во многих печатных и электронных источниках. Мне же, знавшей его лично, хочется рассказать нашим бронницким читателям о том коротком периоде жизни сына красного маршала, когда он вместе с детьми других политзаключенных обучался в одной из школ Пензенской области. Там я волею судьбы оказалась в суровые 40-е годы прошлого века.
В Беднодемьяновскую школу (в то время семилетку), где я училась, детдомовец Вася попал уже подростком. Это произошло потому, что специнтернат, в котором он ранее находился, из-за стремительного наступления германских войск летом 1941 г. быстро оказался в прифронтовой зоне, и дети политзаключенных группами были эвакуированы в тыловые детские дома. Фамилия направленного в нашу школу необычного детдомовца сразу же заинтересовала меня и многих моих тогдашних ровесников. Всем прежним старшеклассникам, которые обучались в 30-е годы, крупный военачальник Красной Армии В.К.Блюхер – герой гражданской войны, кавалер орденов Красного Знамени и Красной Звезды номер один, конечно, был известен по учебникам истории. А вот после того, как маршала вдруг объявили «врагом народа», все сведения о нем и его фотоизображения в учебниках прежних лет изданий по требованию учителей (зачастую не без нашего участия) заклеивались или тщательно вымарывались... 
Но, как известно, дети любознательны во все времена. «Неужели в нашу школу попал сын того самого Блюхера?!» – думали мы. И, чтобы определить схожесть, приступили к поиску учебника, в котором бы имелось фото знаменитого полководца. Искать такую книгу в школьной или городской библиотеке по тем временам было бесполезно и даже опасно. Ведь за интерес к личности «врага народа» могли наказать наших родителей. Спрашивать у самого Василия о его родителях мы считали делом недопустимым... Найти старый учебник «без вырезок» помогла мать моей одноклассницы – Елизавета Федоровна, которая работала заведующей библиотекой в городском техникуме. Когда мы увидели там фото черноволосого, с широкими, густыми бровями и выразительными глазами мужчину с маршальскими звездами в петлицах, то сразу определили его явное внешнее сходство с прибывшим к нам новичком. 
До сих пор помню: наш одноклассник Василий, безусловно, обладал обаятельной внешностью. На его лице при общении часто появлялась добрая, располагающая к нему улыбка. При этом он всегда был спокойным, сдержанным в проявлении эмоций и очень аккуратным подростком. Можно было даже предположить, что кто-то постоянно заботиться о его внешнем виде: одежда была хоть и скромной, но опрятной. А, к примеру, белая рубашка отличалась завидной чистотой. Как мне казалось, большинство окружающих Блюхера-сына людей, в том числе наших школьных учителей, даже зная о том, какая зловещая «печать» лежит на парне, относилось к нему по-доброму. Многие, наверное, догадывались о том, что Василию пришлось пережить... Конечно, тогда, в сороковых годах, я, обычная советская школьница, просто не могла знать о том, какая страшная трагедия обрушилась на его семью... 
Только спустя многие десятилетия стало известно о жестокой участи, постигшей самого маршала Блюхера, замученного в застенках НКВД, о страданиях и смерти его близких. Так, Васину мать – Галину Александровну (в девичестве Кольчугину) арестовали следом за её мужем, в октябре 1938 г. В то время она являлась слушателем 4-го курса военного факультета Академии связи имени Подбельского. Даже несмотря на то, что супруги уже не жили вместе, женщину обвинили в «недоносительстве» о контрреволюционной деятельности «врага народа» В.К.Блюхера. А уже после (для ужесточения наказания) – в проведении шпионажа и соучастии в антисоветском военном заговоре. В марте 1939 г. Военная коллегия приговорила её к смертной казни, и приговор сразу был приведен в исполнение. Понятно, что дело сфабриковали, никакой вины на жене маршала не было. Закономерно поэтому, что в 1956 г., после XX съезда КПСС, сам В.К.Блюхер и все его репрессированные родственники были реабилитированы. Но боль и горечь невосполнимых потерь, наверняка, преследовали Василия всю оставшуюся жизнь... 
К тому же, как он сам рассказывал, еще с детдомовской поры парня часто пытались убедить в необходимости сменить свою ставшую «вражеской» фамилию. Находились такого рода «доброжелатели» и среди его воспитателей, и среди школьных педагогов. Но Блюхер-сын всякий раз в категорической форме говорил, что никогда этого не сделает. Случалось и такое, что кое-кто из наших преподавателей-предметников, зная о том, как тогдашние власти очернили имя бывшего маршала, при случае стремился как-то унизить и его сына. 
Помню случай, когда мы, группа старшеклассников, без разрешения сходили на вечерний сеанс очень популярного в годы войны фильма «Александр Невский» в городской клуб. Там нас заметил школьный преподаватель физики и черчения, который в ученической среде почему-то получил прозвище «Кулон». Заметив нас, нарушителей дисциплины, он всех остановил и «взял на карандаш», чтобы после письменно сообщить о нашем проступке директору школы. Но прежде сам начал выговаривать нам свои обвинения и возмущения. 
Мы пытались убедить преподавателя в том, что нам, учащимся, такой фильм очень нужно было посмотреть. Ведь дневных сеансов в клубе не было. Находящийся в нашей компании Василий, тоже стал активно доказывать то, как важна такая содержательная кинолетна для изучения героической истории нашей Родины и её великих полководцев. Но «Кулон» своим скрипучим голосом сразу прервал речь парня и нарочито громко изрек: «А тебе, Блюхер, по этой теме вообще следовало бы промолчать!» Нас, стоящих рядом, очень возмутили эти слова. Василий отлично успевал по истории, как и по другим предметам, имел полное право высказать свое мнение. И мы, не сговариваясь, отвернулись от преподавателя-доносчика и ушли. Насколько помню, эта неприятная история не получила «воспитательного» продолжения – нас не наказали. Как видно, директор школы не придал особого значения доносу «Кулона». 
Несмотря на тогдашнее военное и очень суровое для всех время, наша ученическая жизнь всё же была по-своему интересной и насыщенной. При этом мы проводили в стенах школы основную часть своего времени. Многие из нас занимались спортом, настойчиво сдавали нормы ГТО, активно участвовали в различной ученической самодеятельности, в проведении школьных концертов. Настоящей гордостью нашего учебного заведения, без преувеличения, был самодеятельный духовой оркестр. Получилось так, что большинство его прежних, повзрослевших участников после нападения Германии уже в первые месяцы ушли на фронт, а их заменили другие старшеклассники. В число трубачей входил и Вася Блюхер. Причем, ребята говорили, что он играл даже получше самого Виктора Ивановича – руководителя школьного оркестра.
Как-то во время поездки с концертом в одно из сел района, в которой я тоже принимала участие, сломалась наша видавшая виды полуторка. Пока водитель занимался ремонтом, Виктор Иванович решился спросить присевшего рядом в ожидании Василия о его отце. Конечно, в то время сведения о репрессированных не разглашались, и сын мало что знал о последнем периоде жизни своего знаменитого родителя. Он рассказал нам только то, что помнил о том коротком отрезке времени, когда отец жил с ними. После отец и сын встречались редко... Занимая высокий пост в руководстве Красной Армии и понимая, что происходило тогда в стране, немало повидавший в своей жизни Василий Константинович догадывался о том, что скоро арестуют и его. Во время их последней встречи маршал сказал: «Сынок, что бы ты обо мне в дальнейшем ни слышал, всегда помни главное: ни перед вами, моими родными, ни перед армией и страной твой отец ни в чем не виновен! Верь: правда восторжествует – она сильнее лжи и клеветы!» 
Считаю, что Василий был достойным сыном своего прежде прославленного на всю страну, а после оклеветанного и погубленного органами НКВД отца. Мне самой в годы совместной учебы не раз доводилось общаться с этим парнем, как, впрочем, и с другими детьми советских политзаключенных из числа крупных руководителей. Большинство из них заметно отличалось от других школьников своим воспитанием и начитанностью. Неучей и наглецов среди них не было. Все отлично учились и стойко переносили выпавшие на их долю испытания... 
После успешного окончания семилетки Василия перевели в 8-й класс тогдашней средней школы №1. Он очень хотел получить среднее образование, но ему не повезло... В 1944 г. вышло постановление, в котором было сказано о том, чтобы всех окончивших в тот военный год семилетку, независимо от их успехов и желания, распределить по техникумам и училищам. Сыну Блюхера была предписана учеба в местном техникуме электрификации и механизации сельского хозяйства. 
Однако рекомендованный «свыше» вариант учебы способного к серьезной науке парня не устраивал. Он решился ехать в Москву, чтобы продолжить учебу в столице. И что самое интересное: воспитатели Беднодемьяновского детского дома, хорошо знавшие Василия, его глубокие знания и незаурядные возможности, сами собрали ему деньги на билет до Москвы и на житье там в начальный период. Благодаря такой заботе и помощи, его поездка удалась. Сыну репрессированного вопреки всему удалось поступить в Московский техникум цветной металлургии. Вот только в студенческом общежитии ему, насколько я знаю, отказали. Василию на всё время его учебы негласно предоставлял место в своей комнате один из наших общих знакомых – тоже житель Беднодемьяновска, который тогда учился в одном из столичных вузов. В тот период и позже мне уже не довелось встретиться с Блюхером-сыном, но я всегда с интересом следила за его судьбой. 
По окончании техникума Василия распределили в г.Ревду, на Среднеуральский медеплавильный завод. Работал там бригадиром в ремонтной мастерской, после – мастером, механиком обогатительной фабрики, техническим руководителем ремонтно-механического цеха. Те годы, позже вспоминал сам Василий, для него, сына «врага народа», были, как и прежде, нелегкими… Но наступил 1956 г., маршала В.К.Блюхера реабилитировали, и с его сына было снято позорное клеймо. Теперь стремящихся к образованию производственник смог поступить на высшие инженерные курсы при Свердловском горном институте, там его приняли в КПСС. Перед ним открылись двери Среднеуральского совета народного хозяйства, затем Министерства цветной металлургии СССР. В 1971 г. он вернулся в Свердловск уже гендиректором ПО «Уралэлектротяжмаш». После многие годы успешно возглавлял самый молодой вуз Урала – Свердловский инженерно-педагогический институт. 
Этот одаренный с детства человек сумел достичь больших высот и в науке, и в педагогической деятельности, и в организаторской работе, был удостоен многих государственных наград. Василий Васильевич был награжден тремя орденами Трудового Красного Знамени, орденом Дружбы народов. Почетным знаком «Шахтёрская слава» III степени, медалью ВДНХ СССР и другими знаками трудового отличия. У него – десятки научных трудов, посвященных совершенствованию машин и технологического оборудования в цветной металлургии. Он имел 17 авторских свидетельств и 3 патента на изобретения, являлся автором 160 печатных работ, в том числе 5 монографий, 50 статей и книг по коммунистическому и военно-патриотическому воспитанию.
В.В.Блюхер прожил большую и очень содержательную жизнь, его не стало в 2013 г., и до конца своих дней он, судя по всему, чтил память своего знаменитого родителя. В 1984 г. Среднеуральское книжное издательство выпустило его книгу «По военным дорогам отца», в которой сын-профессор собрал архивные документы о маршале-отце, воспоминания о нем однополчан и других известных людей. Один экземпляр своей книги Василий Васильевич с дарственной надписью вручил одному из бывших учеников нашей Беднодемьяновской школы №1, моему давнему знакомому. И в его семье до сих пор бережно хранят это редкое нынче издание. Хранят как память о двух замечательных советских людях – об отце и сыне, каждый из которых достойно выдержал все испытания судьбы и оставил свой яркий и добрый след на нашей земле. 
Воспоминания записал Валерий ДЕМИН
Назад