КНИЖНЫЙ ОПЕР
703

Хорошие книги дают пищу уму и сердцу, по своему влияют на характер человека, формируют его личность. Никакая электроника не заменит книголюбу томик любимого поэта и тем более собрание сочинений классика. Так считает бронничанин Владимир КРАВЦОВ, увлекающийся чтением с малых лет, пишущий стихи и собравший солидную по местным меркам библиотеку. Основная профессия моего собеседника, с которой связаны десятилетия трудового стажа, казалось бы, мало способствовала книгочтению. Он – бывший оперуполномоченный Бронницкого уголовного розыска, подполковник милиции, ныне – работник одного из частных охранных предприятий.

Книги – давно не дефицит. Но Кравцов, как и прежде, дорожит каждым из своих печатных приобретений. Будь то новинка в добротном переплете, букинистическая редкость или брошюра, купленная с уличного лотка. Наверное, потому, что воспринимает свое многолетнее и многотомное домашнее собрание книг не как имущество, а как то, что ему созвучно, близко, понятно, доступно… Бронницкого книголюба давно знают и в окрестных библиотеках, и книжных магазинах. Он один из постоянных покупателей, всегда интересующийся интересными поступлениями. Сегодня у него, охранника ЧОПа, работающего по сменам (сутки/двое), времени для чтения стало много. Но так было не всегда: прежде милицейские будни полностью заполняли его быт, для чтения приходилось отрывать время от отдыха и сна. И все же ни тяготы службы, ни семейные обязанности, ни другие дела и хлопоты не могли надолго оттолкнуть Владимира от книжных полок. Он всегда находил время для чтения, предпочитая его всем привычным мужским посиделкам. “Всему доброму и хорошему в своей жизни я обязан книгам,” – почти по М.Горькому объясняет он свою увлеченность.

Владимир родился в российской глубинке – в с.Казачья Локня Курской области. Отец – фронтовик, мать – крестьянка, всю жизнь трудилась на колхозной ферме. Читать мальчишка научился быстро и до сих пор с благодарностью вспоминает своего приятеля, у родителей которого была редкая по тем временам домашняя библиотека. Он часто ходил к ним в гости, и ему давали почитать книжки. Первыми стали рассказы о приключениях и мужественных людях. Наверное, именно тогда у него сложилось уважительное отношение к тем, чей труд связан с опасностями и риском. К 10 годам Володю знали уже как заядлого книгочея. Десятилетку парень заканчивал в г.Суджа, ездил туда за 7 км на велосипеде, но к знаниям всегда тянуло. Получив школьный аттестат, перебрался к родным в Воскресенск. Там поступил в техникум: специализация – разработка месторождений полезных ископаемых. Такой выбор определила потребность в нужной для жизни профессии, ее близость к земле и необходимость самому зарабатывать на жизнь. Уже в те годы студент начал покупать полюбившиеся ему книги. Хотя мизерная стипендия этому явно не способствовала.

Первые его приобретения – сочинения классиков: Пушкина, Лермонтова, Толстого, позднее – Блока, Есенина. А потом – целая полка с произведениями отечественных и зарубежных мастеров детективного жанра. Чтение дало юноше толчок к стихотворчеству. Причем увлечение юности не прошло до сих пор. Но он, как и прежде, пишет в основном для себя, “в стол”, доверяя бумаге свои размышления о жизни, о событиях, которые его затронули… Завершить учебу в техникуме парню не удалось: призвали в армию. Но увлечение книгочтением во время службы не прошло, а наоборот стало еще более осознанным. Хотя в тот период хорошую художественную литературу можно было приобрести только по подписке. Но Владимир все же старался всегда находить возможности для приобретения понравившихся ему книг… Отслужив, он окончил техникум и устроился мастером на промкомбинате. Жил в Чулково, в общежитии, пока не стал семейным человеком. К слову сказать, жена, а позднее и дети с пониманием стали относиться к его многолетнему увлечению и до сих пор на дни рождения и иные праздники дарят ему книги…

Работал Кравцов, как и учился, старательно и добросовестно. Но уже тогда у него наметилось стремление к профессии, связанной со службой.Обрести молодому мастеру настоящее призвание помог случай. Однажды на комбинате произошла крупная кража, прибыла следственная бригада. И, по должности помогая разобраться в происшедшем, не один день общаясь с сыскарями, Владимир не раз ловил себя на мысли, что их кропотливая работа, стремление докопаться до истины ему очень интересны. Помогло и то, что в 80 е годы на работу в уголовный розыск брали молодежь даже без юридического образования. Настойчивый Кравцов в 1984 м добился, чтобы его направили на работу оперуполномоченным Бронницкого угрозыска. Коллеги не сразу разглядели в неподготовленном пополненце будущего настойчивого и способного опера… “Книг начитался, парень, – ворчали они. – Ничего, скоро поймешь, что у нас все по другому…” Начинать приходилось с нуля. Но он, выезжая на происшествия, участвуя в оперативно следственных действиях, день за днем осваивал азы новой профессии.

– Первые два года, – вспоминает он, – я чаще набивал шишки, чем слушал похвалы руководства. Допоздна засиживался на работе, а дома пополнял теоретические пробелы, штудировал юридическую и специальную литературу. Появились книжные новинки по советскому праву, психологии, криминалистике… Но в самые трудные моменты я все равно брал с полки и перечитывал актуальные для себя строки любимого поэта В.Федорова: “Предо мною новый трудный путь… Я хочу душою обновиться…”

Год за годом Владимир Алексеевич нарабатывал нужные оперативнику качества. “Талант рождается в тиши, характер – лишь в потоке жизни…” – твердил он сам себе запомнившиеся строки и каждым новым делом подкреплял теорию практикой. Через два года ему присвоили очередное офицерское звание, а в дальнейшем – должность старшего оперуполномоченного. Он запоем читал произведения известных мастеров сыска, писателей, исследующих человеческие характеры, взаимоотношения людей в сложных жизненных ситуациях… На полках прибавилось не только серьезных детективов, но и Достоевского, Чехова, Тургенева, а уже позднее – Булгакова, Бунина, Набокова, Вересаева. Места в шкафах давно не хватало, пришлось обзавестись большим стеллажом в коридоре… С годами появилась склонность к мемуарной, исторической литературе. К примеру, сейчас мой собеседник хочет приобрести популярный ныне роман исповедь В.Успенского “Тайный советник вождя”… Но особенно влекут его поэтические сборники Н.Рыленкова, Ю.Друниной, Н.Рубцова. Случалось, и сам брался за перо, но к стихотворному увлечению как своему, так и других он до сих пор относится очень ответственно. “Бумага стерпит все – она бумага, но…” – написал он как то в назидание себе и другим…

Бывший опер рассказал мне немало интересных случаев из своей многолетней милицейской практики. Ведь всплеск бандитизма в постсоветской России, разборки и убийства, не обошедшие и Бронницы, пришлись как раз на период его службы… А в 1996 м капитана Кравцова перевели в Раменское УВД в одно из новых формирований по противодействию наркотикам… Впрочем, о чем бы не заходил наш разговор, он все равно не обходился без упоминания о той или иной книге, в чем то ставшей для него откровением. Возможно, иной читатель не преминет заметить: “У охранника ЧОПа свободного времени, конечно, немерено, а вот перегруженным текучкой операм так ли уж нужны стихи и проза? Разве без них нельзя ловить жуликов и наркодилеров?” Конечно, можно. Вот только вряд ли получится из такого неуча, оперирующего лишь статьями да пунктами, мыслящий, всесторонне развитый, понимающий общественную значимость своего дела сыскарь. Книголюбу Кравцову чтение помогло найти жизненное призвание, освоить азы незнакомой профессии, узнать самого себя, свои духовные ориентиры, сильные и слабые стороны. Он уверен: если не просто перелистывать страницы, а брать на вооружение у авторов и книжных героев добрые дела и помыслы, это почти наверняка когда нибудь пригодится. И в работе, и в жизни.

Валерий ДЕМИН

Назад