СТУДЕНЧЕСТВО ВОЕННОЙ ПОРЫ
82
Как известно, студенчество – самая интересная и памятная пора в жизни тех, кто в молодые годы получил профессиональное образование. У Александры Федоровны ЕГОРОВОЙ основная часть учебы в Чистопольском сельхозтехникуме пришлась на период Великой Отечественной войны. Это, судя по всему, было очень трудное время для всех советских людей. Но, как бы то ни было, сегодня 94-летняя бронничанка, ставшая, как и все её сверстницы, труженицей тыла, по-доброму вспоминает военную молодость, своих сверстников, сокурсников и события, которые имели место почти восемь десятилетий назад...

– Я родилась в 1926 году в деревне Данауровка Чистопольского р-на Татарской АССР в большой крестьянской семье. С детства была приучена к труду и помогала родителям в любом крестьянском деле. Жилось нам, как и всем простым сельчанам, в довоенное время очень нелегко. Но особенно тяжело пришлось маме и всем нам после трагической гибели отца в 1937 году. Он погиб внезапно, в результате несчастного случая. И для всех нас, родных, его смерть стала сильнейшим жизненным ударом. Нашу семью спасло от голода то, что был свой участок земли с огородом, а мои братья к тому времени были уже крепкими, взрослыми парнями.

Мне самой к моменту нападения гитлеровской Германии на СССР едва исполнилось 15 лет. Тот теплый воскресный июньский день навсегда врезался в мою детскую память. Помню в нашей деревне сообща отмечали старинный русский праздник «Духов день». Он знаменовал собой окончание посевных работ. Женщины и дети ходили в этот день в лес, там плели венки и опускали их в реку. А наши односельчане-мужчины по берегу реки Камы ходили с раннего утра на чистопольскую пристань.

Когда мы все уже возвращались из леса, то увидели быстро бегущую нам навстречу сельскую учительницу Марию Семеновну. Она торопилась из сельсовета, где в то время имелся один-единственный радиоприемник на батарейках. Электричества в деревне в начале сороковых еще не было. По этой примитивной «тарелке» наша учительница и услышала о начале войны. Первой узнав страшную весть, она сразу побежала сообщить о ней всем односельчанам. Узнав о том, что произошло, и взрослые, и дети разошлись по своим домам и еще долго обсуждали случившееся.

А уже к концу дня к нам в Данауровку приехал представитель райвоенкомата и сообщил о всеобщей мобилизации мужского населения. Сразу начались быстрые сборы военнообязанных, а после проводы мобилизованных сельчан. Над нашей деревней слышались оживленные мужские голоса и женский плач. Так продолжалось несколько дней. Ежедневно у нас призывали на войну по 5-7 мужчин. Причем, забирали тогда самых крепких, здоровых и трудоспособных. И жены, собирая мужей в дорогу, конечно, понимали, что обратно, домой вернутся далеко не все из них.

Что же касается нашей семьи, то двое моих братьев были призваны в Красную Армию еще перед войной. И в сорок первом году оба уже несли армейскую службу. Средний брат Андрей служил на Тихоокеанском флоте, а старший – Михаил был летчиком гражданской авиации. Забегая вперед, скажу, что мои братья в дальнейшем достойно воевали с фашистами. Андрей проплавал на флоте почти всю Великую Отечественную и вернулся живым только в 1947 году. А вот мой старший брат, став военным летчиком, к нашему семейному горю геройски погиб в 1945 году. Уже через год после начала войны в нашей деревне остались только женщины, старики и дети.

На оставшихся в Данауровке свалилась вся полевая, а также иная работа в колхозе и, конечно, по дому. Уже в конце лета начиналась пробная уборка ржи. Убирали её вручную – серпами. Каждая семья отмечала первыми снопами четырехугольник или квадрат и резала снопы внутри этого участка. Старались взять участок побольше, чтобы заработать что-то на колхозные трудодни. Работали в поле и взрослые, и пожилые, и дети. Мы старательно складывали снопы, так называемой «свинкой», чтобы зерна подсохли, дозрели и чтобы зерно не промочил дождь. А ближе к осени всё собранное на полях надо было обмолотить. На уборку пшеницы заказывали в районной МТС (механизированной тракторной станции) жнейку и молотилку, за них колхозу нужно было потом расплатиться.

Осенью в нашей деревне появились первые эвакуированные. Это были, в основном, жители, выехавшие с Украины, где уже вовсю хозяйничали фашисты. Всех приезжих руководство колхоза распределяло по домам. Причем, эвакуированных было по меркам нашего села немало, и их поселяли в каждую избу. Всем пришлось, что называется, «уплотниться», но при этом никакого недовольства со стороны коренных жителей Данауровки не было. Тем более, что украинские беженцы прожили у нас недолго. Примерно через несколько месяцев все они покинули нашу деревню...

Между тем, наступила первая военная зима 1941-1942 годов. Она, как я помню, была очень суровой и очень снежной. Морозы у нас часто доходили до минус 40°С и больше. А деревенские избы, случалось, заносило по самые окна. Но очищать от снежных заносов нам надо было не только свои дома и дворы. За каждой из придорожных деревень был закреплен участок проходящей мимо нас междугородной трассы Казань-Чистополь.

По этой стратегически важной дороге постоянно перевозили необходимое оборудование и самые разные производственные грузы эвакуированных предприятий из Москвы, Ленинграда и других городов. Поэтому не только взрослых, оставшихся в тылу жителей, но и нас, подростков, заставляли с кем-то одним из старших чистить это дороги. Кроме того, большими деревянными щитами делали снегозадержание, чтобы грузовые автомобили могли беспрепятственно проезжать по дорожному полотну с грузами в Чистополь.

А летом 1942 году произошло, пожалуй, самое памятное и судьбоносное в моей юной жизни событие. Я поступила на агрономическое отделение Чистопольского сельскохозяйственного техникума. Так в нелегкие годы войны я стала студенткой, чтобы в будущем трудиться в своем колхозе агрономом. Каждый год мы начинали учиться с октября. Летом на практике на полях-делянках техникума выращивали тыкву, семенные сорта картофеля – «Темп», «Лорх», «Ранняя роза» и другие культуры. Причем, каждый день ходили пропалывать грядки, ухаживать за своими посадками, а затем собирали урожай. А еще в период летних каникул, которые продолжались по сентябрь, мы с мамой подрабатывали в нашем колхозе.

Вдобавок ко всему, осенью по воскресеньям мы, студенты, сельхозтехникума (это, в основном, молодые девчонки по 16-17 лет) грузили на баржи картофель. Носить тяжелые, пыльные мешки приходилось на своих плечах. Заходили по трапу на баржу и ссыпали картофель в трюм. Конечно, уставали очень сильно. После погрузки долго болели и руки, и ноги. Но наш труд, как мы все сознавали, был очень нужен другим людям. Ведь во многих городах жители голодали.

Помню, в какой-то раз нам сказали, что именно баржи, груженные нашим картофелем, пойдут по Каме и далее по Волге – в Сталинград. Там тогда очень было трудно с продовольствием, и любые сельхозпродукты люди очень ждали. Собственно, погрузка картофеля была для нас отнюдь не единственной трудовой повинностью. Частенько нас, студентов, зимой привлекали для расчистки снега на грунтовом аэродроме под деревней Стрелки. Но это для меня было уже привычное занятие, к которому я, как и все, относилась очень добросовестно.

Но, несмотря на нелегкий тыловой труд, и напряженный военный период, мы всё равно старались находить время и возможности для своего студенческого досуга. Что ни говори: молодость – есть молодость, хотелось и каких-то хотя бы самых простых развлечений. А наличных денег ни на что не хватало. Нам, студентам техникума, во время учебы выдавали карточки на хлеб – по 600 граммов на день. Конечно, хлеб этот был с разными добавками и не очень вкусный. Но другого-то тогда всё равно не было. Поэтому и он пользовался большим спросом. И мы этим пользовались. Часть своего карточного хлеба мы носили на рынок и продавали подешевле, чтобы выручить хоть какие-то деньги.

А потом на эти деньги, хотя бы изредка, ходили в кино и в местный театр. Кстати, посмотреть там было что. Как известно, в Чистополь еще в 1941 году были эвакуированы из Москвы, Ленинграда, Белоруссии, Украины. В нашем городе даже жила часть членов Союза писателей СССР с семьями. Особенно нравились нам, молодым, постановки, которые готовили артисты Ленинградского областного драматического театра. Например, на спектакль «Без вины виноватые» я со своими подругами ходила целых три раза. Такое сильное впечатление на всех нас производила талантливая игра актеров.

Словом, мои военные студенческие годы памятны многими большими и малыми делами и событиями, Сельскохозяйственный техникум я закончила через 3,5 года – уже после победных майских залпов. Учиться старалась добросовестно – только на 4 и 5. И получение диплома агронома стало для меня по-настоящему радостным и долгожданным праздником. Впереди были целые десятилетия мирной жизни со своими радостями, повседневными делами и проблемами. Впрочем, это была уже совсем иная, послевоенная биография со своими, в том числе и бронницкими страницами…
Воспоминания записал Валерий НИКОЛАЕВ
Назад