"СТАЛ Я CЛУШАТЬ ЛЕСНОЙ РАЗГОВОР…"
493
У коренного бронничанина Александра МАРКОВА, рослого здоровяка, мастера спорта и при этом поэталирика, немало серьезных увлечений. За свои 55 он сменил не одну профессию, многие годы занимался боксом и рукопашным боем, стал тренером. Ныне бывший егерь учит детей в военнопатриотическом кружке в Доме детского творчества и в секции борьбы в молодежном центре «Алиби». А еще ведет дневники своих природных наблюдений, пишет стихи, лепит фигурки зверей и птиц из глины, рисует, неплохо поет и даже снимает фильмы о природе. Но главное, что влекло его с детских лет, — это охота…
Промысловиковследопытов в их роду не было. Зато Сашин прадед по материнской линии — настоящий терский казак, пластун, а с отцовской стороны корни у него — прибалтийские. Отсюда, наверное, и стремление попробовать себя в любом деле в сочетании с завидной основательностью, дотошностью и старанием… В Подмосковье его предки переехали еще в начале прошлого века и осели в д.Слободино. А Саша родился уже после переезда в Бронницы 31 января 1955-го. По гороскопу он — Водолей, а обладатели этого знака ко всему прочему еще и прирожденные, удачливые охотники.
Учился мой собеседник в тогдашней третьей школе, находившейся в бывшем старом Доме пионеров. С 6го класса увлекся боксом. На занятия ездил в г.Жуковский, стал КМС, а в армии добился звания мастера спорта, позже сам стал тренировать парней. После восьмилетки пошел работать на 195й завод. Начинал учеником столяра, затем выучился на сварщика. А среднее образование продолжил в вечерней школе, позже — в техникуме. Успел поработать и главным механиком на швейногалантерейной фабрике. Ко всем плюсам его трудовой биографии и характера можно отнести и то, что Марков смолоду уберег себя от вредных привычек: по сей день он — убежденный трезвенник и противник курения.
— А на охоту начал ходить с 11 лет, — вспоминает Александр Евгеньевич. — Даже стареньким ружьецом обзавелся. Выменял его на самодельный «пугач» у закадычного друга. Помню, разбитый приклад видавшей виды «ижовочки» был обмотан проволокой, а сверх нее — изолентой. Стреляла она, бывало, даже от удара об землю… Както по весне пошел с ней в наш Бронницкий лес, на Назарьево поле, добыть тетерева. Там было целое тетеревиное токовище среди деревьев. Рядом стояли шалаши, откуда охотники высматривали добычу. Зарядил патрон бекасином и, заметив черного, хвостатого петуха, стрельнул в него. Птица упала, закувыркалась, другие сразу разлетелись. Я бросил ружье и трясущимися руками стал ловить первую в жизни добычу. «Крепче держи, малец, а то улетит!» — услышал я за спиной. Оглянувшись, увидел двух пожилых охотников. Один из них держал мое ружьишко. Позже узнал: это был начальник и основатель здешнего охотхозяйства В.Я.Птицын. «Молодец! Хорошо стреляешь, — похвалил он. — Птицу бери, а вот ружьецо придется у тебя конфисковать, а то ты из него ненароком себя подстрелишь… Но, если в самом деле хочешь стать промысловиком, приходи ко мне: настоящее ружье тебе буду давать. Вместе станем охотиться…»
 
С того дня и началось Сашино общение с опытным бронницким охотником, бывшим пограничником и настоящим энтузиастом своего дела. Он научил любопытного и сметливого парнишку многим премудростям древнего, как мир, занятия. Наставник всякий раз с весны, когда прилетали промысловые птицы, обеспечивал своего питомца оружием, снаряжал специально для него, малолетки, патроны'полузарядики'. Объяснял, как сподручнее охотиться на тетеревов, вальдшнепов, селезней, куликов и прочую пернатую дичь. Преждето местным охотникам было раздольнее: эти птицы прилетали весной почти к самым Бронницам. И собирались во множестве в низинах у Москвыреки близ д.Н.Велино, Кривцы, Тимонино. Ходили вместе и на зайцарусака, на куницу, которых в ту пору тоже водилось немало в окрестных лесах…
А когда Александр вырос и вступил в военноохотничье общество на 195м заводе (тогда туда принимали с 16 лет), стал охотиться сам. Получив членский билет, купил себе хорошее ружье, всю нужную амуницию. И в дальнейшем убедился, что некрупную дичь лучше промышлять в одиночку: шума меньше и на разговор не отвлекаешься. С тех пор сам, без напарников, и охотился. Добывал не только зайцев, но и лис, а потом — копытных: косуль, лосей и оленей. Вместе с приятелями ходил на кабанов, волков, на медведей. За последними он, уже став егерем Бронницкого охотхозяйства, не раз отправлялся в другие края: у нас косолапые давно не водятся. Ездили в глухие вологодские либо в архангельские леса, а то и в Карелию или в Казахстан во время трудового отпуска.
— На медвежью охоту, — объясняет Александр Евгеньевич, — лучше приезжать осенью, чтобы успеть до начала у зверя зимней спячки. Чаще всего мы охотились на мишек из так называемых лабазов. Это обустроенные для скрытой стрельбы помосты на деревьях у овсяных полей, которые вклиниваются в лес… Стрелок сидит не на земле, а под ветвями, на высоте 2-3 метра. И медведь, направляясь в поле за спелым овсом, может подойти на расстояние выстрела. Главное, правильно выбрать лабаз, чтобы ветер дул от косолапого к охотнику (а не наоборот). Только в этом случае осторожный зверь не почует человека. А еще, когда охотишься на медведя «на овсах», знаешь: здесь он — трус. Видимо, мишка понимает, что ворует и боится охотника. А вот в лесу — это уже настоящий хозяин и очень опасный противник…
 
Ветеран рассказал мне о прежних и новых правилах нынешней лицензионной охоты, о видах зверей и птиц, отстрел которых ныне запрещен. А еще поведал немало интересных и поучительных историй из своей многолетней и богатой охотничьей практики. Вспомнил немало удивительных случаев, когда лесные обитатели оказывались хитрее и проворнее человека с ружьем. О чемто из происшедшего, он до сих пор не может рассказывать без грусти, а то и без возмущения. Особенно, когда речь заходит о неразборчивых и жадных охотниках'мясниках', о браконьерах или иных богатых негодяяхстрелках, безжалостно, забавы ради, убивающих из импортных суперкарабинов лосих с лосятами и медведиц с медвежатами… Он ратует за то, чтобы, к примеру, раз и навсегда запретили варварскую берложную охоту, чтобы все, кто выходит на охотничью тропу, считались с Красной Книгой.
Как и многие защитники природы, осуждает Александр Евгеньевич и нынешнюю безоглядную продажу земли в зонах обитания зверей и птиц, и дачное строительство на путях их передвижения. Он считает, что все это в конце концов оставит наши края без лесной живности. Охотиться со временем будет не на кого, и самих диких обитателей Подмосковья придется изучать лишь по книгам… Настоящей, а не показной любви к родному краю, его истории, необходимости знать и беречь животный мир, умению защищать его не только от внешних врагов, но и от местных вредителей всех мастей учит преподаватель Марков юных бронничан в Доме детского творчества. Он смог бы вести и охотничий кружок (если бы нашлись желающие). Тем более, что настоящих охотниковследопытов, как он, с солидным стажем егеря в наших краях остались единицы.
Маркову есть что показать ученикам: целые кипы фото и видеоматериалов о поездках и охоте в разных регионах страны. Впрочем, честно добытая дичь на снимках — это не только коллекция трофеев, но и воспоминания о тех краях, где бывал. С возрастом мудрость одержала верх над азартом промысловика: теперь убивать братьев наших меньших ему жалко. Он чаще «охотится» с видеокамерой, просто любуясь окружающей красотой и гармонией. Снимает свои фильмы о природе, о животных, их жизни и повадках. Все теперь, как в его еще не опубликованном поэтическом сборнике: «Прислонившись к осине спиной, стал я cлушать лесной разговор… Все открыло мне душу свою — написал я природный узор… Старый лось, затаившись в кустах, дожевал сочный липовый прут, и стихи у меня на устах, словно сказка, сейчас оживут…»
Валерий ДЕМИН
Назад