ГЕНЕРАЛ РАЗВЕДКИ ИЗ БРОННИЦКОГО УЕЗДА
194
Недавно в Москве, в Музее Победы, открылась очень интересная экспозиция «Невидимый фронт», которая приурочена к 100-летию органов госбезопасности. Среди размещенных там картин, есть портрет элегантного, светловолосого мужчины, расположившегося за столиком (судя по интерьеру) в каком-то европейском кафе. С виду – типичный буржуа из прошлого века, холеный, подтянутый и уверенный в себе... Но перед нами – вовсе не преуспевающий банкир и не богатый зарубежный торговец-делец, а выходец из простой многодетной рабочей семьи, родившийся в конце ХIХ века в Бронницком уезде. А еще точнее – это опытный советский разведчик-нелегал Василий Михайлович ЗАРУБИН, ставший в дальнейшем генерал-майором КГБ, заместителем начальника внешней разведки.
Многие десятилетия насыщенная биография нашего земляка в силу специфики его службы находилась под плотной завесой строжайшей секретности и стала известной только недавно. И, если начать с истоков, то нетрудно убедиться в том, что его героическая судьба была так или иначе связана с самыми значимыми событиями прошлого столетия. Будущий чекист, как изложено в обнародованных электронных и печатных источниках, родился 4 февраля 1894 года совсем недалеко от нашего города, в деревне Панино тогдашнего Бронницкого уезда. Его отец, как и другие подмосковные жители, ездил на работу в столицу – трудился кондуктором железно-дорожной станции Москва-Курская, стал одним из активных членов РСДРП. Всего в большой семье Зарубиных, помимо Василия, было 12 детей. И, что характерно, двое из них впоследствии также служили в органах госбезопасности СССР.
Когда Зарубины перебрались в столицу, Вася вместе с другими детьми путейцев получил азы знаний в училище при Московско-Курской железной дороге. Причем, учебу ему (уже в подростковом возрасте), пришлось совмещать с работой в товариществе В.Лыжина. А после Василия, подобно многим россиянам призывного возраста, призвали в действующую армию – защищать интересы страны во время Первой Мировой войны.
Воевал наш земляк на Западном фронте и уже в то время по примеру отца принимал участие в революционном движении. За антивоенную агитацию рядового Зарубина отправили в штрафную роту на самый опасный участок фронта, где он получил ранение и попал в госпиталь. После возвращения храброго и авторитетного Василия в марте революционного 1917 года избрали членом полкового солдатского комитета.
В дальнейшем, демобилизовавшись, воин-фронтовик стал работать конторщиком в Московском товариществе «Волжская мануфактура». И при этом все так же участвовал в деятельности местной партийной ячейки. А апреле 1918 года товарищи приняли его в члены РКП(б). Затем молодой партиец-большевик был призван в ряды Красной Армии и отправлен на Южный фронт. Воевал там начальником конной связи, после – помощником начштаба по оперативной части 1-й бригады 1-й Московской рабочей дивизии.
В начале 1920 года красноармейца Зарубина назначили сотрудником для поручений при начальнике 5-й дивизии внутренней службы. В дальнейшем Василий по воле случая уже навсегда связал свою судьбу с органами ВЧК. Первые несколько лет он, став чекистом, боролся со спекуляцией и бандитизмом на транспорте, а с сентября 1925 года был переведен в аппарат внешней разведки и в том же году направлен в Китай.
Так начался самый трудный и опасный период биографии Василия Михайловича как профессионального разведчика. В 1926 году в качестве резидента внешней разведки был направлен в Финляндию, где работал под прикрытием должности атташе полпредства СССР. Через год Зарубин – на нелегальной работе в Дании и Германии. В эту «командировку» он поехал со своей легендарной женой (тоже профессиональной разведчицей) – Елизаветой Юльевной (историки разведки не без оснований называли ее советской Мата Хари), работавшей до этого в венской резидентуре. Супружеская чета (жена к тому же была блестящим переводчиком, знающим многие европейские языки) успешно справлялась с возложенной на них миссией. Зарубин выдавал себя за чехословацкого гражданина Яна Кочека, и ему удалось получить разрешение датских властей на постоянное проживание. Там он начал работу против милитаристской, а в дальнейшем – гитлеровской Германии.
В 1929 году супруги были направлены на нелегальную работу во Францию, а в декабре 1933 года – в самое «логово» набирающего силу фашизма – Берлин. Зарубин провел ряд ценных вербовок, лично курировал особо важного агента – сотрудника столичного гестапо Вилли Лемана. Полученная от него ценнейшая информация о структуре, кадрах, операциях РСХА, гестапо и абвера, о военном строительстве и оборонной промышленности Германии, а также о ее планах и намерениях получила высокую оценку советского разведцентра. Однако, в дальнейшем драматические события, происходящие в СССР, – чистки и массовые репрессии в органах безопасности едва не оборвали жизнь отважного офицера.
В 1940 году Зарубина и группу других разведчиков тогдашний сталинский нарком Лаврентий Берия обвинил в сотрудничестве с гестаповцами. Они были отозваны в Москву, а их дальнейшая судьба повисла на волоске. Вот как много позже писал об этом в своих воспоминаниях, опубликованных в Википедии, советский разведчик Виталий Павлов.
«...Вдруг позади стола бесшумно открылась небольшая дверь, которую я принял было за дверцу стенного шкафа, и вышел человек в пенсне, знакомый нам по портретам. Это был Берия. Его сопровождал помощник с папкой в руках. Не поздоровавшись, нарком сразу приступил к делу. Взяв у помощника список, он стал называть по очереди фамилии сотрудников, которые сидели перед ним. Слова его раздавались в гробовой тишине громко и отчетливо, как щелчки бича. – Зарубин! Один из сидевших перед столом встал и принял стойку «смирно». – Расскажи, – продолжал чеканить нарком, – как тебя завербовала немецкая разведка? Как ты предавал Родину? Волнуясь, но тем не менее твердо и искренне один из самых опытных нелегалов дал ответ, смысл которого состоял в том, что никто его не вербовал, что он никого и ничего не предавал, а честно выполнял задания руководства. На это прозвучало угрожающе-равнодушное: – Садись! Мы досконально разберемся в твоем деле и примем меры!»
Но, к счастью, после тщательной проверки все подозрения с Василия Михайловича были сняты, и репрессии обошли его стороной. Весной 1941 года он, уже матерый разведчик, был направлен заместителем резидента в Китай для восстановления связи с германским советником одного из тогдашних лидеров Поднебесной – Чан Кайши. Этот советник-нацист в прошлом был одним из руководителей штурмовых отрядов в Германии. В беседах с Зарубиным немец сообщил, что располагает точными сведениями о подготовке Гитлера к нападению на СССР и назвал примерную дату: май-июнь сорок первого. Добытая информация была немедленно передана в советский разведцентр. Важным этапом его деятельности стало участие в очень важных переговорах с миссией британской разведки о налаживании сотрудничества в борьбе с гитлеровскими спецслужбами.
Осенью 1941 года было принято решение направить Зарубина руководителем «легальной» резидентуры в США. Это назначение было очень ответственным, и перед отъездом он был принят самим Сталиным, имел с ним личную беседу. В Америке Василий Михайлович и его супруга находились до 1944 года. Возглавляемая им резидентура внесла весомый вклад в укрепление экономической и военной мощи нашей страны.
За достигнутые результаты в работе В.М.Зарубину было присвоено звание комиссара госбезопасности, а постановлением СНК СССР от 9 июля 1945 года – генерал-майора. По возвращении на Родину он был назначен заместителем начальника внешней разведки и одновременно – заместителем начальника нелегальной разведки.
На этих должностях он проработал до 1948 года, а после был уволен в запас по состоянию здоровья. В последующие годы ветеран спецслужб принимал участие в подготовке кадров для разведки: читал лекции по нелегальной работе, написал учебник для специального учебного заведения ПГУ КГБ.
Его многолетние и очень значимые для страны заслуги были по достоинству оценены государством: Зарубин был награжден двумя орденами Ленина, орденом Октябрьской Революции, двумя орденами Красного Знамени, орденом Красной Звезды, многими медалями, а также нагрудным знаком «Почетный работник ВЧК-ГПУ». В книге З.Воскресенской и Э.Шарапова «Тайна Зои Воскресенской» утверждается, что к 50-летию ВЧК наш земляк был представлен к присвоению звания Героя Советского Союза, но из наградного списка его необоснованно вычеркнул тогдашний главный идеолог страны Михаил Суслов.
Василию Михайловичу было суждено прожить яркую и долгую жизнь, воспитать достойное потомство. К слову, его дочь от первого брака – Зоя Васильевна Зарубина (1920-2009 гг.) тоже стала разведчицей, сотрудницей советских органов государственной безопасности, и при этом – профессором, преподавателем одного из столичных вузов. Его сын от второго брака – Петр Васильевич Зарубин (1932-2017 гг.) – известный советский и российский ученый в области лазерной техники, доктор технических наук, профессор.
Умер наш земляк (ставший знаменитым только после своего ухода) в сентябре 1974 года, в 80-летнем возрасте, и был с почестями похоронен на Калитниковском кладбище в Москве.
Вот такой замечательный, незаурядный человек изображен на представленном посетителям выставочном полотне. Вот такой яркий и необычный путь прошел обычный с виду мальчишка, появившийся на свет в конце позапрошлого столетия в недалеком от нас селе тогдашнего Бронницкого уезда. Добавим, что его необычный портрет, как и другие картины, на которых представлены прежде мало кому известные личности советских разведчиков, читатели «БН» при желании смогут увидеть на выставке «Невидимый фронт» в столичном Музее Победы, которая будет работать до 26 ноября т.г.
Валерий НИКОЛАЕВ (по материалам «Информационного центра» ФГБУК «Музей Победы»)
Назад